Стучит холодный ливень;
О лете слёзы льёт.
Но он омыть бессилен,
Что в памяти живёт:
Ромашек белых россыпь
И трели звонких птиц,
Всё то, что прочь уносит
В былое без границ.
Шумит осенний ветер,
Гнёт дерево в саду.
О том, чего не встретил,
О том, чего я жду.
Возможно, встречи рядом,
А может никогда.
Скользя в пути лишь взглядом,
Иду с надеждой я.
Журчит ручей с прохладой;
Рекой мечтая стать.
Ему лишь только надо
Вод горных силу взять.
Звенит по перекатам
Наполненный дождём.
С рассветом и закатом
Живая сила в нём.
Ступает тихо осень,
Неся покой лесам.
На землю листья сбросит,
Взметая к небесам.
О, осень, осень, осень!
Весною снова будь.
Хоть сердце, может, просит,
Дней прошлых не вернуть.
Вячеслав Переверзев,
USA
Родился в Украине, на Донбассе, г. Горловка. Другой сайт: http://stihi.ru/avtor/slavyan68
Прочитано 11232 раза. Голосов 1. Средняя оценка: 4
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Крик души : Я не человек... - Кисточка Слово было на молитвенном для сестры. Печатается для утешения и ободрения всем. БОГ любит! ОН не человек!!! Делитесь Словом!
Поэзия : Поэт и еврейский язык - zaharur На вышеприведённой фотографии изображена одна из страниц записной книжки Александра Сергеевича Пушкина, взятая из книги «Рукою Пушкина. Несобранные и неопубликованные тексты». — 1935г.
В источнике есть фото и другой странички:
http://pushkin.niv.ru/pushkin/documents/yazyki-perevody/yazyki-perevody-006.htm
Изображения датированы самим Пушкиным 16 марта 1832 г.
В библиотеке Пушкина была книга по еврейскому языку: Hurwitz Hyman «The Elements of the Hebrew Language». London. 1829
Это проливает некоторый свет на то, откуда «солнце русской поэзии» стремилось, по крайней мере, по временам, почерпнуть живительную влагу для своего творчества :)
А как иначе? Выходит, и Пушкин не был бы в полной мере Пушкиным без обращения к этим истокам? Понятно также, что это никто никогда не собирался «собирать и публиковать». Ведь, во-первых, это корни творчества, а не его плоды, а, во-вторых, далеко не всем было бы приятно видеть в сердце русского поэта тяготение к чему-то еврейскому. Зачем наводить тень на ясное солнце? Уж лучше говорить о его арапских корнях. Это, по крайней мере, не стыдно и не помешает ему остаться подлинно русским светилом.
А, с другой стороны, как говорится, из песни слов не выкинешь, и всё тайное когда-либо соделывается явным… :) Конечно, это ещё ничего не доказывает, ведь скажет кто-нибудь: он и на французском писал, и что теперь? И всё же, любопытная деталь... Впрочем, абсолютно не важно, была ли в Пушкине еврейская кровь, или же нет. Гораздо важнее то, что в его записной книжке были такие страницы!
